Поддержать МТ

Кремль может и не знать, кто отравил Навального. Однако отвечает за это Кремль

Кремль бездействует и позволяет сеять страх для усиления имиджа своей власти

Критик Кремля Алексей Навальный находится в медицинской коме в берлинской клинике «Шарите». AP / ТАСС

Для многих последние откровения немецких властей о том, что Алексей Навальный был отравлен «Новичком» — химическим веществом, которое работающий по собственной инициативе агент вряд ли смог бы получить в одиночку, — послужили окончательным доказательством того, что отравление было совершено с ведома и одобрения Кремля.

Вот то, что, скорее всего, произойдет дальше.

Кремль и его сторонники будут все отрицать, заявляя, что нет доказательств причастности государства. Для этого они изобретут миллион объяснений — от «Мы не знаем, кто это сделал, наши врачи ничего не нашли» до «Западные спецслужбы организовали провокацию, чтобы обвинить нас».

Его оппоненты будут старательно опровергать каждое из этих объяснений, утверждая, что Кремль скрывает свое участие.

Кремль, в свою очередь, будет использовать еще больше запутываний и уловок, непреднамеренно делая все более очевидным то, что он скрывает свое собственное участие.

В конце концов, дело Навального, так же как и отравление Скрипаля, и убийство Немцова, рискует стать оружием обеих сторон в политической войне между Россией и Западом.

Отравление Навального усилит нарратив про «злобный Кремль», который убивает своих оппонентов. Кремль, в свою очередь, будет использовать этот нарратив и — справедливо наложенные — санкции, которые за ним последуют, чтобы укрепить свой собственный нарратив о России, злобно оклеветанной и подвергшейся нападению со стороны Запад.

Ничего из этого не приведет к раскрытию и выяснению настоящего виновного, а также роли Кремля, даже ​​если она и была косвенной.

Пора посмотреть правде в глаза: нужно осознать тот факт, что даже если Владимир Путин лично не санкционировал отравление Навального и не знал об этом заранее, это не означает, что он не несет за это ответственности.

Он в равной степени отвечает за один из двух сценариев. Либо кто-то отравил Навального с ведома, помощи и одобрения Кремля. Либо Кремль со временем создал систему, в которой различные агенты, надеясь заработать деньги или политический капитал, остаются безнаказанными и даже получают вознаграждение за нападения и даже пытаются развязать войны, которые, по их мнению, идут на пользу Кремлю.

Илья Пономарев, бывший российский депутат, который сейчас живет за границей, описал, как скрывался от убийцы, которого, как он понимал, послал вовсе не Кремль. «Он действовал по собственной инициативе, чтобы решить свои личные коммерческие проблемы», — сказал мне Пономарев.

«И это самое опасное в такой ситуации: они не только знают, что с ними ничего не случится. Они знают, что таким образом могут доказать свою ценность и получить вознаграждение. И, конечно же, Путин несет ответственность за эту систему. Пока кто-то вроде [депутата Андрея] Лугового сохраняет свой пост и остается на свободе, Путин несет за это ответственность».

«Темная сила»

Эта система, которую Марк Галеотти называет «темной силой», иногда действительно приводит к ситуациям, которые создают проблемы для Кремля. Примером тому стало убийство Бориса Немцова в нескольких шагах от Красной площади в 2015 году. Однако в целом это выгодно Кремлю, который сидит сложа руки и позволяет своим «фрилансерам» создавать атмосферу страха. Кремль использует ее, заставляя своих противников поверить в то, что он более могущественен, чем есть на самом деле.

Мы не знаем — и еще какое-то время не узнаем — насколько прямым или косвенным было участие Кремля в отравлении Навального.

Однако уже сегодня, после обнаружения «Новичка», все согласны с тем, что нервно-паралитическое отравляющее вещество не могло быть пущено в ход без одобрения на высшем уровне. Это может означать многое, начиная с прямого вмешательства Кремля.

Допустим, некий влиятельный человек, замешанный в одном из многочисленных антикоррупционных расследований Навального, использовал свои связи на высоком уровне в службах безопасности, чтобы оставить послание или даже попытаться сделать из Навального инвалида.

Все звенья в этой цепочке вполне могут действовать, исходя из предположения, что им не нужна формальная команда Кремля. Представим, что она не требуется для выполнения чего-то, что не только соответствует коммерческим интересам влиятельного лица, но и служит продвижению того, что, по их мнению, является «национальными» или «патриотическими» интересами России. Наказание «врага государства», безусловно, такой случай.

Я вспоминаю беседу с бывшим офицером ГРУ, который менее чем вежливо охарактеризовал Путина как недостаточно жесткого в отношении нападок Запада на Россию. Кто знает, насколько распространены такие настроения в силовых структурах?

И все же, если это даже действительно так, это никоим образом не освобождает Кремль от ответственности. Это просто показывает, в какой степени Кремль использовал свою некомпетентность на службе «темной власти».

Однако я подозреваю, что многие, особенно на Западе, могут опасаться рассмотрения этой версии событий, думаю, что она позволит Кремлю снять с себя вину. Это было бы неправильно.

В конце концов, вполне может оказаться, что за отравлением все-таки стоит Кремль. Тем не менее, возможно, что проблема заключается скорее всего в том, что Кремль не может и не хочет останавливать некоторых из самых опасных сторонников режима — или и то и другое. Это признак бессилия, а не власти.

Во всяком случае, если расследование прольет свет и такое бессилие проявится, Путину будет сложнее сорваться с крючка подозрений, заявив о своем незнании.

И это может в конечном итоге помочь перестать подпитывать опасный, самовоспроизводящийся миф Кремля о том, что он более могущественен, чем есть на самом деле.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции The Moscow Times.

читать еще

Независимая журналистика жива. И вы можете ей помочь.

Русскоязычная версия The Moscow Times – один из немногих оставшихся независимых источников новостей о России.

Редакционные решения принимаются исключительно журналистами нашей редакции, которые придерживаются самых высоких этических стандартов. Мы безбоязненно освещаем вопросы, которые обычно считаются запретными или табуированными: от бытового насилия и проблем ЛГБТ до климатического кризиса и истинных масштабов эпидемии и того, что происходит в российских больницах.

Сделайте единовременное пожертвование для The Moscow Times -- или, еще лучше, регулярное пожертвование – чтобы помочь нам продолжить предоставлять вам жизненно важную и высококачественную информацию о России.