Поддержать МТ

Что означают слова Путина про русскую цивилизацию

В России очень внимательно следят за тем, что говорят о ней другие страны. Только разрешив эти комплексы, россияне смогут жить нормально и спокойно

Kremlin.ru

В конце мая 2020 года, среди коронакризиса и максимальной политической неопределенности, российское телевидение по какой-то неведомой причине решило показать интервью, взятое у Владимира Путина аж в сентябре 2019 года. На российском политическом жаргоне это называется «консервами», и это уже привычная часть политического постмодерна современной России — ты никогда не можешь быть уверен, когда смотришь вечерние новости по телевизору, что это видео с Путиным было записано сегодня — оно могло быть записано на самом деле когда угодно, а Путин может быть сегодня рыбачил, сидел в бункере, лежал с простудой, разгадывал кроссворд, смотрел в окно и думал, кто его знает!

Но конкретно в этом случае любопытна еще и тема этого вытащенного из архивной пыли интервью. В нем Владимир Путин рассказывает, что «Россия — не просто страна, а отдельная цивилизация благодаря своим богатым традициям, многонациональности, множеству культур и вероисповеданий». Из этого, продолжает он, следует, что надо развивать современные технологии, которые позволят этой цивилизации совершить рывок.

Зачем же это прошлогоднее интервью появилось и было растиражировано в повестке дня? Такие вещи в современной России не происходят случайно, это важно понимать. Это было наверняка согласовано каким-нибудь чиновником со скучным лицом. И его логику можно реконструировать.

На тактическом уровне рассуждения про «особую русскую цивилизацию» да еще и с высокими технологиями, которые вроде как должны скоро появиться, превосходно ложатся в новостную повестку по «аномалиям» с коронавирусом. 

Почему в России так аномально мало умерших от коронавируса? Потому что здесь особая цивилизация. Почему в России смягчение карантина начали с того, что открыли заводы и стройки? Потому что здесь особая цивилизация. Почему в России не стали раздавать деньги гражданам сразу, а раздали потом и совсем чуть-чуть и только семьям с детьми? Потому что особая цивилизация. А еще и скоро придумают отечественную чудо-вакцину, и снова Россия покажет всему миру. 

Сам этот подход хорошо описал еще русский сатирик 19 века Салтыков-Щедрин, который писал: «На патриотизм стали налегать, значит, проворовались». Всем более-менее понятна неискренность этих суждений и их сиюминутная необходимость прикрыть какую-то вопиющую несправедливость. Что-то вроде: врачам не платят обещанные деньги и даже маски не могут раздать бесплатно гражданам, но это не важно, ведь мы особенная цивилизация.

Впрочем, тут есть важный момент, который надо проговорить. Даже если обыватель понимает, что начальство начало неискренне «налегать на патриотизм» и говорить громкие пустые фразы про цивилизацию, это не значит, что сущностно он с ними не согласен. 

Слишком долго, многие столетия на самом деле, в России культивировалось представление об особенности и уникальности России и русских. И это не представление евреев о себе как избранном народе или даже не «сияющий град на холме» отцов-основателей США, а что-то не до конца высказанное, но очень понятное всякому живущему в России на бытовом уровне.

Если это начать описывать холодно и отстраненно, выходит даже как-то неловко, потому что больше всего это похоже на психологию подростка: я весь такой уникальный, ни у кого в целом свете нет таких проблем как у меня, никто меня не понимает и понять не может. 

И эта психология за редкими перерывами культивируется в России властями последние 500 лет, начиная с тех пор, как дед Ивана Грозного женился на византийской принцессе и его книжники придумали, что Россия это третий Рим (имелось в виду, что Рим первый и Рим второй, то есть Константинополь, пали). То Россия была единственным православным царством, то единственной коммунистической страной. Ключевое слово — единственной. То власти придумывали что-то про народность и духовность, то про ленинизм, то теперь снова про народность и духовность, суть не менялась. 

Вера в эту исключительность очень глубока. Даже российские либералы и так называемые западники ее разделяют обычно, только с противоположным знаком. Звучит это обычно так: Россия — уникальная по своему деспотизму и рабству страна, словно она создана была как отрицательный пример для всего мира. Нетрудно заметить, что это все тот же исключительный подход. 

Его же можно встретить в русских пословицах (что русскому хорошо, то немцу смерть) или анекдотах да и вообще везде — от фильмов до стихов. 

Но вместо того, чтобы что-то делать с этими подростковыми комплексами, вот уже сотни лет, повторю, российские власти их эксплуатируют. Понятно, почему. Так удобнее управлять. Если вы посмотрите на недавние авторитарные режимы в Европе — например, на Испанию Франко или Грецию черных полковников — все они делали то же самое.

Дело ведь не в содержании. Речь не идет о славянской цивилизации — Россия рассорилась с почти всеми славянами, которые в 19 веке ее очень любили, например, с чехами из последнего. Речь не идет о православной цивилизации — за последние 20 лет Россия воевала, прямо или косвенно, с двумя православными странами — Грузией и Украиной.

Дело именно в этой болезненной форме: мы не такие, мы особенные, пусть у нас все плохо, но мы этим даже гордимся. Она именно что болезненная: в России очень внимательно при этом следят за тем, что о ней говорят другие народы, особенно западные. Что ругают и что хвалят. Это еще один признак подростковых комплексов, которые намеренно замораживают и сохраняют в России.

Только разрешив эти комплексы, жители России наконец смогут хотя бы немного пожить нормальной спокойной жизнью и перестать хотеть «показать всему миру». Что показать? Зачем показать? Непонятно. 

Словом, России нужна национальная психотерапия и проговаривание этих глубоких комплексов, которым сотни лет. Но случится это уже после Путина. Так что в каком-то смысле хорошо, что он по смыслу привязывает уникальность цивилизации к путинизму, есть шанс, что вместе в этой связке с ними и будут разбираться.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции The Moscow Times.

читать еще

Независимая журналистика жива. И вы можете ей помочь.

Русскоязычная версия The Moscow Times – один из немногих оставшихся независимых источников новостей о России.

Редакционные решения принимаются исключительно журналистами нашей редакции, которые придерживаются самых высоких этических стандартов. Мы безбоязненно освещаем вопросы, которые обычно считаются запретными или табуированными: от бытового насилия и проблем ЛГБТ до климатического кризиса и истинных масштабов эпидемии и того, что происходит в российских больницах.

Сделайте единовременное пожертвование для The Moscow Times -- или, еще лучше, регулярное пожертвование – чтобы помочь нам продолжить предоставлять вам жизненно важную и высококачественную информацию о России.