Поддержать МТ

Глубокая глотка московского карантина

Всего один раз в истории президент США прижизненно досрочно прекратил исполнение своих обязанностей. Это произошло 9 августа 1974 года, и президента этого звали Ричард Милхауз Никсон.
Мессенджер Телеграм Mikhail Tikhonov / Flickr

Этот драматичный эпизод американской истории (и своего рода достижение тамошней демократии) всемирно известен, и имя Никсона равно как и название отеля «Уотергейт» давно стали нарицательным. А вот имя человека, который 9 августа, возможно, довольно потирал ладони одна о другую, а, возможно, просто улыбнулся, слушая телевизор или читая свежую газету, потому что он знал — он только что отправил президента США в отставку. Лидера свободного мира и самого могущественного человека на Западе.

Этого человека звали Марк Фелт. Он умер в декабре 2008 года в городе Санта-Роза, штат Калифорния. За три года до этого, когда ему было 92 года, он сам, наконец, признался, что да, это был он тогда, работая заместителем директора ФБР, передавал секретные сведения журналистам «Вашингтон Пост», которые и изобличили Никсона в итоге. Да, это он был «Глубокой глоткой» (скабрезный псевдоним с отсылкой к порнофильму 1970-х предложил редактор газеты).

В последние годы жизни Марка Фелта в России происходили процессы, которые гарантировали правящей элите то, что ничего даже отдаленно похожего на Уотергейт никогда не произойдет. Все больше телеканалов, радиостанций, газет и журналов, а затем и интернет-сайтов переходили под прямой контроль Кремля либо покупались дружественными власти олигархами. 

В те же годы молодой российский бизнесмен Павел Дуров создал российскую копию социальной сети Facebook (он, думаю, предпочел бы слово «аналог») — «ВКонтакте». Она стремительно набирала популярность до тех пор, пока по сути Дурова не вынудили, мягко говоря, уступить свое детище опять лояльным властям людям, а самому не уехать.

Это было уже после смерти Марка Фелта. Фелт также не застал создание Дуровым мессенджера Телеграм, на базе которого расцвели анонимные телеграм-каналы — это венец, вершина токсичной и извращенной медийной картины позднего путинизма. 

По мере того, как власть прямо или косвенно все больше подчиняла себе медиа, включая даже пространство социальных сетей, загоняла редкие оставшиеся независимыми проекты в маргинальное гетто и запугивала их потенциальными огромными штрафами или судебными исками, в России изменились сами отношения правителей и журналистов.

Журналисты теперь стали обслугой режима. По сути они стали еще одним ведомством, где работают чиновники. А как может подчиненный критиковать своего начальника? Как может он задавать тому неприятные вопросы? И уж тем более публиковать на того компромат? Конечно, никак. 

Классическая работа с источниками (в том числе анонимными), которая еще встречалась в нулевые годы в респектабельной российской деловой прессе, сошла на нет. На смену ей пришли «сливы» или «вбросы»: это означало, что есть какое-то издание, неважно — кремлевское или оппозиционное — что-то «сливает» или «вбрасывает», значит, это кому-то выгодно, той или иной «башне» Кремля. Кто-то пытается их руками достичь своих целей — и никогда не преследует благородные гуманистические цели борьбы за все хорошее и против всего плохого.

Именно в этой парадигме и появились анонимные телеграм-каналы. В атмосфере пыльных кремлевских ковров, под которыми якобы и творится реально политика и вершится судьба страны. В атмосфере лукавой византийщины, где союзники готовят тебе удар в спину, а вчерашний министр или губернатор завтра может сесть в тюрьму, где вроде бы все в элите заодно, но жирных кусков на всех не хватает.

Это создало уникальную ситуацию, в которой можно было с умным видом рассказывать что угодно (даже полную чушь) и ссылаться на свои кремлевские источники. Люди все равно верили, все равно жадно впитывали каждое слово, потому что интуитивно понимали, что классическим медиа верить нельзя. 

Со временем этот инструмент вполне себе освоили и в Кремле — и, по слухам, создали целую сетку таких анонимных телеграм-каналов, через которую они стали мягко направлять общественное мнение. 

Это как если бы Никсон захватил все газеты в США и сам бы стал публиковать колонки от имени Глубокой глотки. Звучит шизофренично, но это именно то, что произошло в России. В современной России люди на зарплате у Кремля (часто через третьи руки) заводят телеграм-канал под названием Глубокая глотка и цинично комментируют все подряд и как будто делают вид, что они что-то знают.

Например, в течение нескольких последних месяцев такие анонимные правдорубы активно сообщали, что в Москве с 21 сентября введут снова карантин. И все этому верили. Многие даже отменяли деловые планы после этой даты. Сотрудники кафе и парикмахерских удрученно могли вам рассказывать об этом, как о свершившемся факте.

Но что же дальше? Пришло 21 сентября. Новый карантин в Москве не ввели. Перестанут ли люди читать кремлевские «глубокие глотки»? К сожалению, нет.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции The Moscow Times.

читать еще

Независимая журналистика жива. И вы можете ей помочь.

Русскоязычная версия The Moscow Times – один из немногих оставшихся независимых источников новостей о России.

Редакционные решения принимаются исключительно журналистами нашей редакции, которые придерживаются самых высоких этических стандартов. Мы безбоязненно освещаем вопросы, которые обычно считаются запретными или табуированными: от бытового насилия и проблем ЛГБТ до климатического кризиса и истинных масштабов эпидемии и того, что происходит в российских больницах.

Сделайте единовременное пожертвование для The Moscow Times -- или, еще лучше, регулярное пожертвование – чтобы помочь нам продолжить предоставлять вам жизненно важную и высококачественную информацию о России.