Поддержать МТ

В статистике России по коронавирусу по-прежнему больше вопросов, чем ответов

Шесть месяцев после начала пандемии, вопросы остаются

В России зарегистрировано более 930 тысяч случаев заражения коронавирусом. Петр Ковалев / ТАСС

Количество погибших от коронавируса в регионах России может быть во много раз выше, чем показывает официальная статистика, предполагает анализ новых данных, проведенный The Moscow Times.

Эксперты указывают на систематическое занижение сведений о смертельных случаях и подчеркивают сложную систему политических и экономических отношений между Кремлем и российскими губернаторами в регионах.

Они считают, что федеральная власть дает регионам примерные руководящие принципы по подсчету смертей, тем самым убеждая их не сообщать плохие новости и создавать видимость, что пандемия держится под контролем. Таким образом Россия открыла регионам дверь для фальсификаций, манипулирования и задержки точной информации о распространении вируса.

Цифры, недавно опубликованные Росстатом, резко контрастируют с данными рабочей группы Госсовета по противодействию распространению коронавируса. Данные Росстата показывают, что в России в мае и июне было зарегистрировано почти в три раза больше смертельных случаев, чем в ежедневных подсчетах, публикуемых рабочей группой.

По многим из 85 регионов России расхождение еще больше. Десятки из них сообщили о самых смертоносных периодах в мае и июне за целое десятилетие, зарегистрировав сотни необъяснимых избыточных смертей (май и июнь — последние месяцы, по которым доступны подробные данные о смертности).

Новая информация поднимает и новые вопросы о том, насколько серьезно пандемия затронула регионы страны, и какое влияние недостаток данных мог оказать на реакцию на пандемию.

Подсчет погибших

Статистику по коронавирусу в России поставили под сомнение с самого начала вспышки, когда официальные лица объявили, что строгий режим тестирования является причиной необычайно низкого уровня смертности в стране.

Как и другие страны, Россия ежедневно публикует статистику новых инфекций и смертей от вируса. Цифры предоставляются местными властями, и каждое утро публикуются общенациональные и региональные подсчеты.

«Во многих регионах статистика вообще не имеет ничего общего с реальностью», — сказала Татьяна Михайлова, статистик, которая с самого начала отслеживает вспышку вируса и регулярно высказывает сомнение по поводу имеющихся данных.

Тем не менее, ежедневные цифры являются единственным официальным источником информации о вирусе в режиме реального времени. Они широко освещаются и имеют серьезное значение для оценки распространения вируса и управления ответными мерами. Также они позволяют сравнить пандемию в России с другими странами.

Однако Михайлова сказала The Moscow Times, что качество данных настолько низкое, что «нет смысла делать из них медицинские, вирусологические или эпидемиологические выводы».

По данным на 19 августа, в России зарегистрировано 937 321 случаев заражения и 15 989 смертельных исходов, что ставит Россию на четвертое и одиннадцатое места в мировых рейтингах соответственно.

Новая и более подробная информация о смертях, публикуемая региональными ЗАГСами — со значительной задержкой — неожиданно начинает показывать, насколько ошибочным является первоначальный подсчет смертельных случаев в стране.

Данные показывают, что в мае и июне в России было зарегистрировано 26 360 избыточных смертельных случаев по сравнению со средним числом смертей за предыдущие пять лет. В то же время рабочая группа по противодействию распространению коронавируса сообщила всего о 9303 летальных случаях от Covid-19 за этот период.

Между тем, в десятках регионов наблюдалось еще большее несоответствие и резкое увеличение смертности в мае и июне, что лишь частично, а в некоторых случаях и вовсе не было отражено в официальных подсчетах смертей от Covid-19.

Примерно в 27 из 85 регионов России июнь стал самым смертоносным за десятилетие, а май установил 10-летний рекорд смертности в 20 регионах.

Этот скачок выглядит еще более резким на фоне снижения уровня смертности в последние годы. Ни в одном регионе не было зафиксировано 10-летнего максимума смертности в январе, феврале или марте этого года, а в целом в России зафиксировано самое низкое количество смертей за десятилетие в этот период.

Увеличение числа погибших, которое превышает официальное число погибших от коронавируса, наблюдалось во многих странах, однако эксперты говорят, что здесь играет роль ряд специфических факторов для России.

«Практически все российские регионы делают все возможное, чтобы искусственно понизить официальное количество смертей», — сказал Михаил Тамм, статистик из Высшей школы экономики (ВШЭ).

«Самый невинный способ сделать это — разделить случаи смерти "от коронавируса" и "при наличии коронавируса", и тогда основной причиной смерти записывается какое-то другое хроническое заболевание. Затем можно сообщать только число смертей "от коронавируса" в качестве заголовка».

Тамм имеет в виду четырехуровневую классификацию, которую использует российская система здравоохранения, чтобы точно определить, как смертность связана с коронавирусом. В соответствии с ней местные власти могут назвать основную причину смерти как:

  • Covid-19, подтвержденный тестированием;
  • Подозрение на Covid-19, не подтвержденное тестированием;
  • Не Covid-19, но вирус был подтвержден у пациента и оказал значительное влияние на возникновение «летальных осложнений» от другого заболевания;
  • Не Covid-19: вирус был подтвержден у пациента, но не он стал причиной смерти.

Эта политика противоречит руководящим принципам Всемирной организации здравоохранения, в которых говорится, что все смерти, связанные с Covid-19, должны учитываться как таковые, «если нет четкой альтернативной причины смерти, которая не может быть связана с болезнью Covid-19 (например, травма)». В соответствии со своими принципами российские власти учитывают только смерти, отнесенные к первым двум категориям, как вызванные именно коронавирусом.

Руководящие принципы позволили регионам снизить количество смертей от коронавируса.

«Москва дала регионам возможность занижать данные, потому что эти инструкции по подсчету смертей дают большую свободу региональным системам здравоохранения занижать реальный масштаб эпидемии», — сказал Николай Петров, старший научный сотрудник Chatham House и эксперт по региональной политической системе России.

В целом в России вирус был определен как основная причина смерти в 59% случаев смерти инфицированных коронавирусом в апреле, мае и июне. И более чем в четверти случаев местные органы ЗАГС заявили, что вирус присутствовал, «но никак не повлиял на наступление смерти».

Подсчет всех смертей, связанных с коронавирусом в России, в том числе тех, в которых он не считался основной причиной, показывает, что общее количество почти совпадает с данными избыточной смертности. Это позволяет предположить, что, если бы в России по-другому подсчитывали погибших, десятилетний скачок смертности мог бы быть полностью вызван коронавирусом.

Но даже если посмотреть на самую узкую интерпретацию смерти от коронавируса в новой статистике, где вирус был основной причиной и его присутствие было подтверждено тестированием, рабочая группа по противодействию распространению коронавируса по-прежнему занижала количество погибших на треть в апреле, мае и июне — единственных три месяца, за которые доступны такие данные.

Более широкая интерпретация причин смертей, связанных с коронавирусом, привела бы к тому, что общий уровень смертности в России на конец июня вырос бы с 1,4%, о которых сообщила рабочая группа, до 4,2%.

Опять же, во многих регионах расхождения значительно более серьезны, и это еще больше затрудняет понимание региональных аспектов распространения коронавируса в России, которые уже и так демонстрируют серьезные расхождения. Даже официальные показатели смертности на конец июня составляли от 0,1% до 4,8% в регионах России. Теперь же ясно, что более 20 регионов утверждали, что Covid-19 не был основной причиной смерти по крайней мере в половине от связанных с ним зарегистрированных смертельных случаев.

Например, в Брянской области к концу июня было зарегистрировано 37 смертей, основной причиной которых был заявлен коронавирус. Одновременно было зарегистрировано еще 270 смертей, когда был диагностирован вирус, хотя это не было зачтено как основной фактор. Таким образом, реальное число жертв пандемии было в семь раз больше.

Такой метод подсчета помог Брянску сообщить об уровне смертности всего в 0,6%, тогда как с учетом всех смертей, связанных с коронавирусом, этот показатель составил бы почти 5%.

На самом деле, включение всех смертей больных, инфицированных Covid-19, более чем в три раза увеличило бы общий уровень смертности в 19 наиболее пострадавших регионах.

Скрытые вспышки

По всей России существует множество регионов, в которых в июне были зарегистрированы рекордные количества смертельных случаев, не учтенные ни одной из методологий подсчета. Это вызывает вопросы о сильных вспышках, которые могли быть скрыты, не обнаружены или неправильно учтены.

Набережные Челны, город с населением 500 000 человек на берегу реки Камы в Татарстане, является одним из примеров.

В мае в местных СМИ начали появляться сообщения о волне инфекций и переполненности городских больниц. Хотя количество официальных случаев заражения в Татарстане начало расти, уровень проникновения вируса по-прежнему был одним из самых низких в стране. В расчете на душу населения Татарстан занял 72-е место из 85 по количеству заболевших, а в республике с населением почти четыре миллиона человек за весь месяц было зарегистрировано всего девять случаев смерти от коронавируса.

По мере того, как ситуация в городе ухудшалась, некоторые пытались бить тревогу. Галимзян Зарипов, бывший главный врач городского СПИД-центра и представитель Всемирного конгресса татар, написал открытое письмо, в котором подчеркнул «опасную ситуацию». Он сказал, что почти 400 человек лечились в больнице от пневмонии и других заболеваний, напоминающих коронавирус, но город официально подтвердил наличие вируса только у нескольких человек.

«Мы знаем, что число заболевших исчисляется тысячами, и оно растет с каждым днем ​... официальная статистика этого не показывает, а скрывает», — написал Зарипов.

В случае с Набережными Челнами ряд данных, опубликованных после голосования по конституционным поправкам в России 24 июня, похоже, подтвердил правоту Зарипова. Многие комментаторы заявили, что Кремль преуменьшает значение плохих новостей о вирусе перед референдумом, чтобы создать позитивный настрой, который должен был привести к голосованию «за».

В мае 2020 года в городе погибло больше людей, чем в любом из предыдущих месяцев с 2014 года — самый ранний период, по которому The Moscow Times удалось получить данные по городу.

А в июле был зафиксирован новый рекордный показатель смертности: смертность превысила норму на 60% — резкий скачок, который оказался выше, чем в Москве и Санкт-Петербурге на пике их вспышек.

Более того, последующее тестирование на антитела также предоставило доказательства массового занижения количества инфицированных по городу. По словам аналитика данных Александра Драгана, в середине мая почти все тесты на антитела были отрицательными, но к середине июля они были обнаружены у половины протестированных.

Татарстан в целом является одним из самых значительных исключений в статистике коронавируса в стране и стал примером возможного заниженного подсчета в массовом масштабе для статистиков.

В июне там погибло на 800 человек больше среднего — это самый высокий показатель за любой месяц, а не только за июнь, хотя в 2010 году в результате волны лесных пожаров по всей стране погибли десятки тысяч человек.

Даже при самых либеральных стандартах статистического учета только 2,6% из них были официально засчитаны как связанные с коронавирусом, и в Татарстане зарегистрирован самый низкий уровень смертности от вируса на душу населения. Он ниже, чем в любой другом регионе, за исключением соседней Башкирии, и в двух регионах России, где до сих пор официально не зарегистрированы смертельные случаи.

Отсутствие стимулов

Политические аналитики и статистики сказали The Moscow Times, что занижение сведений о пандемии на региональном уровне является обязательным моментом, учитывая политическую архитектуру, связывающую Москву и регионы.

«По умолчанию регионы отчитываются перед федеральным центром нечестно, — сказал Петров. — Ни губернатор, ни президент не хотят получать плохие новости, поэтому их подчиненные стараются не приходить с плохими новостями к начальству». Отчасти это связано с тем, что Кремль оценивает губернаторов, многие из которых высаживаются, как на парашюте, из других регионов, по их бюрократической деятельности, добавил он.

«Система не требует, чтобы они были лучшими, она требует, чтобы они не сильно отличались от других, чтобы они быстро реагировали на каждый приказ, исходящий из центра, и чтобы их не видели замешанными в скандалах».

По словам политолога Татьяны Становой, приезд в Москву с просьбой о помощи во время кризиса «считается уязвимым и слабым местом». В контексте коронавируса Кремль требует, чтобы губернаторы соблюдали сложный баланс: количество случаев заболевания должно быть невысоким, больницы иметь доступные койки, социальные волнения и экономические последствия минимальны, добавила она.

«Если у губернатора есть проблемы, если ему придется объявлять карантин или что-то не получается, Кремль не обрадуется».

Задержки с появлением определенных статистических данных также играют роль в занижении сведений по всей России. Поскольку ежедневное количество жертв является наиболее важной цифрой, не имеет значения, что показывает более подробная информация о смертях от коронавируса и общие данные о смертности от всех причин, которые публикуются примерно через пять недель.

И даже тогда есть проблемы, сказал Петров: «Во-первых, нет прямых доказательств того, что излишняя смертность вызвана пандемией. Во-вторых, когда все это выходит на поверхность через несколько месяцев, оно уже не играет той политической роли, как если бы появилось ранее. Вот почему они не боятся несовпадений».

Однако такое занижение данных в режиме реального времени ограничивает способность регионов реагировать на кризис.

«В некоторых случаях фальсификации были не очень рациональными, потому что федеральная помощь зависела от масштаба проблемы», — добавил Петров. На встречах с премьер-министром Михаилом Мишустиным губернаторы чаще обращались за дополнительной помощью, чем в телефонных разговорах с Путиным, и «Мишустин отвечал: "Посмотрите, что ваши подчиненные сообщают о масштабах эпидемии. Они дают очень низкие цифры, так что вы не получите много денег"».

События в реальном времени

Эти недостатки в способности отслеживать пандемию в России в реальном времени привели к тому, что группа математиков и специалистов по обработке данных обратилась к данным интернета, чтобы лучше понять региональную картину эпидемии, выявить скрытые вспышки и спрогнозировать будущие.

«Поисковые запросы — один из способов увидеть эпидемию там, где она скрыта за туманом войны, а официальные цифры не отражают реальности», — написал Драган в кратком изложении своей методологии и выводов о том, что можно почерпнуть, глядя на поиск в Яндексе в разных городах и регионах.

Исключив общие поисковые запросы, такие как «каковы симптомы коронавируса?», и сосредоточив внимание на конкретных вопросах, таких как «температура 37,5 градусов по Цельсию», «потеря обоняния» или «инфекционная больница», объем поиска в конкретном регионе может выявить распространенность вируса.

«Все города, где, согласно официальной статистике, были резкие вспышки, также видны в статистике поиска», — сказал Борис Овчинников, другой аналитик. Например, в Москве, Санкт-Петербурге, Екатеринбурге и Дагестане в разное время наблюдались всплески поисковых запросов, соответствующие вспышкам коронавируса.

Этот метод также можно использовать для выявления вспышек, которые иначе были бы скрыты от официальной статистики. В Набережных Челнах, например, наблюдался всплеск поискового трафика примерно во время вероятного всплеска числа инфекций.

«В каждом месте мы наблюдали пик поисковых запросов... и мы видим рост общей статистики смертности в этом конкретном регионе», — добавил Овчинников. При этом вспышка даже не обязательно отображалась в официальных ежедневных данных о коронавирусе.

Ожидание худшего

Аналитики опасаются, что как только будет опубликована информация о дополнительных показателях смертности после июня, могут появиться еще тысячи смертельных случаев, не объясненных официальными данными о числе погибших от коронавируса в стране.

«Во многих регионах в июле уровень смертности будет выше, чем в июне. И я боюсь, что и в августе эта статистика может быть очень плохой», — сказал Овчинников.

Задержка во времени публикации цифр и отставание между подтверждением коронавирусной инфекции и полным выздоровлением или смертью пациента означает, что для значительной части смертей от пандемии в России нет никаких данных, кроме ненадежных ежедневных подсчетов.

Более чем в трети регионов России пик заболеваемости пришелся на 15 июня, поэтому данные о возможном превышении смертности еще не собраны и не опубликованы.

Информация по смертности в небольшом количестве регионов и городов, которые независимо опубликовали данные о смертях в июле, вызвала озабоченность.

Набережные Челны, например, считаются показательным городом. Это был один из первых городов региона, в котором наблюдался всплеск поисковых запросов об инфекции, что свидетельствует о том, что вспышка коронавируса была одной из первых, а количество смертей в июле было даже выше, чем в июне.

В Пермской области в июле умерло больше людей, чем за любой месяц с января 2015 года. В Тюмени было зарегистрировано 500 избыточных смертей, хотя официально там было заявлено только о восьми случаях смерти от коронавируса.

В других регионах пандемия все еще может ускориться. Овчинников подчеркивает, что тысячекилометровая полоса на юге России, простирающаяся от присоединенного Крыма до Волгограда, за последние недели продемонстрировала значительный рост поисков в Яндексе симптомов, связанных с коронавирусом.

Между тем, другие регионы предприняли дополнительные шаги, чтобы еще больше отсрочить потенциально плохие новости. Свердловская область и Екатеринбург обычно публиковали свои данные о смертности от всех причин вскоре после окончания месяца. Однако власти сообщили местным СМИ, что не будут публиковать июльскую информацию. Вместо этого они перешли на ежеквартальный график публикаций и оперативно удалили все предыдущие ежемесячные данные за 2020 год со своего веб-сайта.

В июне здесь уже наблюдалось наибольшее количество смертей за последние десять лет, а официальные ежедневные отчеты показали трехкратное увеличение числа смертей в июле.

По мере того, как пандемия продолжается, а Россия продолжает регистрировать примерно 5000 новых случаев инфицирования в день, Петров считает, что конкуренция между регионами и тактика занижения данных продолжатся.

«Все стараются быть не худшими, — сказал он. — А если вы начали врать, то вам очень сложно изменить свое поведение, иначе вам придется объяснять, почему существует такая огромная разница в цифрах».

«Общая тенденция — занижение данных. По умолчанию система работает именно так».

читать еще

Независимая журналистика жива. И вы можете ей помочь.

Русскоязычная версия The Moscow Times – один из немногих оставшихся независимых источников новостей о России.

Редакционные решения принимаются исключительно журналистами нашей редакции, которые придерживаются самых высоких этических стандартов. Мы безбоязненно освещаем вопросы, которые обычно считаются запретными или табуированными: от бытового насилия и проблем ЛГБТ до климатического кризиса и истинных масштабов эпидемии и того, что происходит в российских больницах.

Сделайте единовременное пожертвование для The Moscow Times -- или, еще лучше, регулярное пожертвование – чтобы помочь нам продолжить предоставлять вам жизненно важную и высококачественную информацию о России.