Поддержать МТ

Цветная революция в Беларуси? Пока нет

Главный вопрос в том, что произойдет после выборов

Сергей Гриц / AP / ТАСС

В воскресенье белорусы отправятся на избирательные участки и увидят одно и то же имя в бюллетенях уже шестой раз подряд.

Все первоначальные соперники действующего президента, включая тех, кто недавно входил в состав белорусской элиты, были вынуждены уехать или были заключены в тюрьму. Президент Лукашенко даже «раскрыл» заговор с целью разжигания беспорядков со стороны российских наемников, хотя этот заговор подозрительно похож на тот, который он «раскрыл» в 2017 году.

Результаты выборов не вызывают сомнений в избирательной системе, где президент открыто признает фальсификацию результатов, хотя и не в ожидаемом направлении. Тем не менее, эти выборы оказались самым сильным вызовом 26-летнему правлению Лукашенко. Могут ли выборы означать конец правления Лукашенко, когда десятки тысяч людей принимают участие в оппозиционных митингах по всей стране? Вкратце нет, по крайне мере пока.

За исключением некоторых протестов после введения «налога на тунеядство» на безработных, Лукашенко не сталкивался с серьезным противодействием более десяти лет, что не мешает некоторым аналитикам регулярно предсказывать конец его правления.

Однако, по их мнению, главную роль будет играть не белорусский народ, а президент России Путин. Серьезные разногласия между Москвой и Минском — а их уже много — сменяются безудержными предположениями о российском вторжении или прямой аннексии Белоруссии.

В 2015 году российский аналитический центр RISI — к которому на Западе относятся более серьезно, чем в России — предсказал российское вторжение в Белоруссию из-за того, что последняя недостаточно поддерживала действия России в Украине. Предлогом для вторжения должны были стать военные учения «Запад» в 2017 году. Так же, как и нежелание Белоруссии допустить создание на своей территории российской военной базы. Путина обвинили в желании аннексировать Белоруссию, чтобы остаться у власти. Или из-за недостаточной лояльности Лукашенко. Или просто потому, что сейчас август.

В этих историях постоянно отсутствует понимание того, что революция не может произойти без народа.

Насколько непопулярен Лукашенко? Трудно найти точные цифры, но опрос, проведенный Институтом социологии Национальной академии наук Беларуси, который опирается на государственную поддержку, определил доверие жителей Минска к Лукашенко на уровне 24%. Сегодня это число, вероятно, ниже из-за катастрофической реакции на коронавирус и массовых митингов оппозиции. Похоже, Лукашенко не в состоянии сохранить поддержку со стороны собственного сына, которого он когда-то готовил к власти.

Маловероятно, что такие низкие цифры отразятся на результатах выборов в воскресенье. Главным соперникам Лукашенко на последних трех президентских выборах не удалось набрать 7% голосов, а голоса Лукашенко не опускались ниже 80% с 2001 года. Несмотря на значительную оппозицию Лукашенко в Минске, ему все же удалось «получить» там 74% голосов на последних президентских выборах. Так что главный вопрос в том, что произойдет после выборов.

Во-первых, информативными будут сами результаты выборов. Если Лукашенко будет настаивать на «выигрыше» в 80% голосов, многие из людей, присутствующих на оппозиционных митингах, скорее всего, выйдут на улицы, рассерженные масштабами фальсификаций результатов выборов. Между тем, неспособность «получить» 70% в общенациональном масштабе и 50% в Минске придаст смелость оппозиции и потенциально даже приведет к расколу элиты.

Во-вторых, реакция власти на протесты решит судьбу Лукашенко больше, чем выборы или последующие протесты. Слабый ответ вполне может привести к ситуации вроде Майдана. Жесткий ответ по типу Андижана, наверняка, увенчается успехом, но ценой разрыва отношений с Западом на многие годы вперед. Ответ путинского типа — сурового наказания лидеров протеста и мягких наказаний другим протестующим — скорее всего, сохранит статус-кво.

В-третьих, легитимность Лукашенко основана в первую очередь на его способности поддерживать экономическую и социальную стабильность в Беларуси.

Эта часть общественного договора была повреждена из-за налога на безработных и отсутствия реакции на кризис с коронавирусом. С одной стороны, этот ущерб будет трудно исправить, особенно с учетом упрямства Лукашенко. Если добавить в это уравнение структурные недостатки белорусской экономики и постоянные разногласия с Россией, ситуация станет скорее хуже, чем лучше. С другой стороны, экономика не рушится, а в поддержке Лукашенко элитой заметны лишь небольшие трещины.

В-четвертых, для устранения Лукашенко путем протестов требуется сильное гражданское общество. Лукашенко же рост гражданского общества сдерживает успешно.

По данным USAID, состояние гражданского общества в Беларуси находится на четвертом месте снизу на всем постсоветском пространстве и в Восточной Европе, уступая только Туркменистану, Азербайджану и Узбекистану, где в ближайшем будущем вряд ли произойдут цветные революции. Тем не менее, согласно последнему докладу, гражданское общество Беларуси окрепло и за последние 5 лет получило большую общественную поддержку.

Это, вероятно, сыграло значительную роль в масштабах нынешних митингов оппозиции по сравнению с предыдущими. Опыт и связи, созданные во время этих митингов, будут иметь жизненно важное значение для консолидации антилукашенковских настроений в будущем.

Наконец, структурные факторы в целом благоприятствуют Лукашенко. К ним относятся контроль Лукашенко над большей частью экономики, слабые оппозиционные партии, низкая вероятность внешней поддержки смены режима и лояльный аппарат безопасности, который продемонстрировал готовность подавлять население.

Однако для оппозиции ситуация не безнадежна. В Беларуси нет настоящей правящей партии в духе «Единой России» или внятной идеологии. Ей не хватает тех природных ресурсов, которые можно было бы использовать для поддержания лояльности элиты в случае нарастания экономических или социальных проблем. И она не может обеспечить достаточный экономический рост для поддержания гибкого среднего класса.

Если рассматривать эти факторы в совокупности, маловероятно, что Беларусь стоит на пороге цветной революции. Тем не менее, она ближе к такой революции, чем в любой другой момент 26-летнего правления Лукашенко. Светлана Тихановская — главная фигура оппозиции — говорит и делает все правильно, пусть Лукашенко и не считает ее достойным противником.

Лукашенко медленно, но верно теряет поддержку общественности и элиты. В отсутствие крупномасштабных репрессий ему будет все труднее и труднее оставаться у власти, поскольку структурные преимущества режима ослабевают, а структурные недостатки накапливаются. Провал вроде того, который произошел с коронавирусом, через несколько лет может стать для него последним.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции The Moscow Times.

читать еще

Независимая журналистика жива. И вы можете ей помочь.

Русскоязычная версия The Moscow Times – один из немногих оставшихся независимых источников новостей о России.

Редакционные решения принимаются исключительно журналистами нашей редакции, которые придерживаются самых высоких этических стандартов. Мы безбоязненно освещаем вопросы, которые обычно считаются запретными или табуированными: от бытового насилия и проблем ЛГБТ до климатического кризиса и истинных масштабов эпидемии и того, что происходит в российских больницах.

Сделайте единовременное пожертвование для The Moscow Times -- или, еще лучше, регулярное пожертвование – чтобы помочь нам продолжить предоставлять вам жизненно важную и высококачественную информацию о России.