Поддержать МТ

Истории Транссиба: Рэпер

Под костюмом картошки KFC скрывается музыкант

Место47

Летом прошлого года журналистка Марина Дмуховская и фотограф Георг Валльнер отправились в путешествие по Транссибу из Москвы во Владивосток. 28 дней, почти 10 тысяч километров и десятки историй незнакомых людей, которых объединяло одно — место 47. Вернувшись, Марина и Георг превратили 38 историй в рассказы от первого лица.

Вот один из них:

Олег, 18 лет, Екатеринбург

Я родился в селе Александровское, Томская область. Я воспитывался в многодетной семье, всегда не хватало денег, поэтому работал с двенадцати лет. Я вырос рано, детства как такого у меня не было.

В двенадцать лет я таскал чугунные ванные, помогал грузчикам, сорвал себе спину. В тринадцать лет я работал в церкви, срезал газон, убирал погоревшие свечки, батюшки платили нам копейки. В четырнадцать по чужим документам с братом пошел работать на дорожную компанию, мы кидали с ним асфальт.


								 				Место47
Место47

Приехал в Екатеринбург три года назад учиться в Горном колледже Ползунова. Стипендии очень маленькие: несмотря на то, что она у меня повышенная (790 рублей), ее не хватает заплатить даже за общагу. Приходится работать, крутиться, вертеться. Я работал дворником за 7 тысяч рублей в месяц, риэлтором, также работал на кухне в KFC. Одно время работал нелегально, зарабатывал почти 100 тысяч. Но нас киданул чувак, приезжали важные люди в городе на крутых машинах, увозили нас в лес, но мы ничего сказать не могли  не знали, куда делись деньги. После этого я ушел с той работы, думал, что хочу семью, а это слишком рискованно.

Преподаватели в колледже говорят: «Почему вы так плохо учитесь и работаете?» Потому что выживаем, а не живем. Родители помогают, но охота одеваться и кушать.

Вообще мне было тяжело, но в голове у меня больше, чем у моих сверстников. Сейчас большинство 18-летних парней думают только о том, чтобы побухать, заняться сексом… Беспорядочные половые акты, гулянки, группировки. Очень стыдно за нынешнюю молодежь, они не думают о жизни.

Я учусь на горно-электромеханика. Это как ремонтник всех механизмов в шахтах. Я не хотел там учиться, но мама сказала, что нужна мужская профессия. Я хотел быть музыкантом, потому что закончил музыкальную школу, играю на балалайке, гитаре, на всех духовых и на фортепиано. Раньше ездил на гастроли со всеми ребятами по России, выучил даже скрипку. Или хотел быть кондитером  это занятие я люблю с самого детства. Но сейчас поздно: я на третьем курсе, нужно до конца доучиться.

Сейчас я читаю рэп. Многие говорят, что в рэпе много грязи, но если разобрать каждую строчку отдельно, можно увидеть много смысла. Очень много трэков я записал про свой жизненный путь и про людей. У меня большой кругозор, я вижу мир с разных сторон. Со сторон богатых и бедных. Сейчас я дописываю альбом, нужно записать его грамотно, сделать клип и записать что-то заедающее. Потому что у нас  время фастфуда. Ноунейму выстрелить на чем-то замысловатом  очень сложно. Если у меня не получится выстрелить с альбомом, пойду в армию. По специальности на**й не пойду. Стоять в шахте в воде по яйца  не мое.


								 				Место47
Место47

На костюм картошки люди реагируют очень по-разному. Есть люди, которые реагируют очень круто  обнимаются, вчера девочка подарила браслет Nike. А есть те, кто очень пугаются, люди обычно очень хмурые, они даже на тебя внимания не обратят, хотя это очень сложно сделать. Сейчас вот домой ехать надо, работать не сильно хочется, а деньги нужны.

Я ни о чем не жалею. В нашей стране многим в стране тяжело живется. Это школа жизни, она научит меня тому, чему не научит никто.

Эта статья была изначально опубликована на сайте проекта Mesto47. Вы можете прочитать эту и другие истории или послушать подкаст на сайте Mesto47.

читать еще

Независимая журналистика жива. И вы можете ей помочь.

Русскоязычная версия The Moscow Times – один из немногих оставшихся независимых источников новостей о России.

Редакционные решения принимаются исключительно журналистами нашей редакции, которые придерживаются самых высоких этических стандартов. Мы безбоязненно освещаем вопросы, которые обычно считаются запретными или табуированными: от бытового насилия и проблем ЛГБТ до климатического кризиса и истинных масштабов эпидемии и того, что происходит в российских больницах.

Сделайте единовременное пожертвование для The Moscow Times -- или, еще лучше, регулярное пожертвование – чтобы помочь нам продолжить предоставлять вам жизненно важную и высококачественную информацию о России.