Поддержать МТ

Почему российских пенсионеров практически невозможно удержать в самоизоляции

Пенсионеры искренне считают, что их это не касается. Они считают, что справятся с любой напастью и переживут любой кризис, ведь жизнь научила их полагаться только на себя

Сергей Савостьянов / ТАСС

На днях мэр российской столицы Сергей Собянин подписал указ, который обязал всех людей старше 65 лет, проживающих в Москве, самоизолироваться. По подсчетам чиновников, речь идет про почти два миллиона пожилых людей. 

Пенсионерам пообещали наладить доставку продуктов и лекарств на дом, простить долги по коммунальным платежам, а также не отключать связь и интернет за долги. Также, чтобы компенсировать расходы, связанные с карантином, власти пообещали пожилым людям единоразовую выплату в 4 тысячи рублей (всего-то 50 долларов по нынешнему курсу).

Тем не менее, если вы пройдете сейчас по улицам Москвы вы увидите стариков, много стариков. Вы увидите их в полупустом метро, в автобусах и трамваях, в пригородных электричках с саженцами новой рассады и тяпками. Вы увидите их в самых недорогих продуктовых магазинах и так называемых «социальных» аптеках. Увидите их на отделениях почты и в государственных банках, где до сих пор можно наличными получить пенсию. Всюду они будут стоять группками или очередями без какого бы то ни было социального дистанцирования. 

Вы их не увидите в дорогих бутиках, в такси, в барах и ресторанах, но это только потому, что вы бы их и раньше там не увидели. Российские пенсионеры в массе своей живут на крошечные пенсии, на которые едва ли себе можно позволить зайти выпить даже пару кружек крафтового пива в модный бар. 

Почему это так? Их не информировал об угрозе? Что же, возможно, государственные телеканалы и радиостанции могли говорить об этом побольше, но точно они слышали о коронавирусе.

Они не знают про указ? Скорее всего, знают. Объявления висят во всех подъездах по крайней мере.

Дело в том, что они искренне считают, что их это не касается. Они считают, что справятся с любой напастью и переживут любой кризис.

Немного арифметики: тем, кому сейчас 65 или больше, соответственно, родились до 1955 года. На Западе это поколение бумеров, а в России отнюдь нет. Это дети непростых послевоенных лет. То были годы повторных сталинских репрессий, когда захлопнулся железный занавес, и вчерашние победители зачастую поехали этапами еще надолго в ГУЛАГ и карточек на еду, потерять которые было страшным кошмаром. Тяжелые и голодные годы. 

Это были времена уличных банд, и просто воров-карманников, нет. После мировой войны по стране разошлись сотни тысяч единиц огнестрельного оружия, речь идет о настоящих вооруженных бандах. А потом умер Сталин и миллионы людей вернулись из лагерей. Все вместе это давало удивительную диффузию тюремной культуры и обычной городской жизни. Блатной язык стал нормой. Тот же Владимир Путин, родившийся в 1952 году, когда хочет показаться поближе к народу, нет-нет да и ввернет какое-то словечко из лексикона ленинградской шпаны.

Это времена, когда в магазинах почти ничего нет. Времена продовольственного дефицита и талонов на еду. Времена, когда платья надо было себе шить самим, когда на протершихся штанах ставили заплатки, а на прохудившихся туфлях набойки. А мебель умели мастерить из досок. Времена, когда люди ходили собирать грибы и рыбачить не для удовольствия. 

Да, при Хрущеве и Брежневе жизнь стала немного сноснее. Но ненадолго. Едва наши советские не-совсем-бумеры подошли к кризису среднего возраста, как опять закрутилось все вокруг. Перестройка, снова талоны на еду, падение социализма, крах СССР, рыночные реформы, приватизация, снова уличные банды и перестрелки. Снова надо латать одежду и ходить за грибами. Впрочем, они особенно и не переставали верить своим базовым инстинктам выживания (почти как Рэмбо), которым научили их в раннем детстве. 

Поэтому эти люди считают, что они и только они (поскольку поколения старше них, поколения войны, почти не осталось) знают как выжить. Раз они живы до сих пор, раз они пережили все что пережили, значит, их методы верные.

А вся эта молодежь, которая лишь слюнтяи и сопляки, не умеющие постоять за себя. На которую дурно влияет Запад. И которые не умеют быть нормальными мужиками, который может стукнуть кулаком по столу. Не верят в народные традиции и приметы. Что их слушать про какой-то карантин. Лучше пойти в магазин и закупить гречки. Этот вариант никогда не подводил.

Ситуация чем-то напоминает Чернобыль. Вирус как и радиация невидим. Российские старики совершают логическую ошибку: мы владеем опытом для борьбы с любой проблемой. Но с такой проблемой они еще не  сталкивались. Но допустить эту мысль они не хотят.

Просто решить эту проблему можно только новыми методами — эмпатией и солидарностью, а не старыми — эгоистическими. Жизнь не готовила российских не-совсем-бумеров к эмпатии. Она их била и обижала, как им самим кажется. И научила, что можно полагаться только на себя.

А всю свою горечь и все свои обиды можно выместить на поколениях своих детей и внуков, которые теперь лезут и говорят, что надо сидеть дома в карантине. Вот сами и сидите, говорят наши брюзгливые Рэмбо. И идут в отделение почты за пенсией. К сожалению. 

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции The Moscow Times.

читать еще

Независимая журналистика жива. И вы можете ей помочь.

Русскоязычная версия The Moscow Times – один из немногих оставшихся независимых источников новостей о России.

Редакционные решения принимаются исключительно журналистами нашей редакции, которые придерживаются самых высоких этических стандартов. Мы безбоязненно освещаем вопросы, которые обычно считаются запретными или табуированными: от бытового насилия и проблем ЛГБТ до климатического кризиса и истинных масштабов эпидемии и того, что происходит в российских больницах.

Сделайте единовременное пожертвование для The Moscow Times -- или, еще лучше, регулярное пожертвование – чтобы помочь нам продолжить предоставлять вам жизненно важную и высококачественную информацию о России.